Спорт-вики — википедия научного бодибилдинга
NEWS:

Александр Яшанькин

Материал из SportWiki энциклопедии
Версия от 20:10, 13 июля 2015; Lmass (обсуждение | вклад) (Новая страница: «== Александр Яшанькин == 250px|thumb|right|Александр Яшанькин '''Дмитрий Корнюхин''': И…»)
(разн.) ← Предыдущая | Текущая версия (разн.) | Следующая → (разн.)
Перейти к: навигация, поиск

Александр Яшанькин

Александр Яшанькин

Дмитрий Корнюхин: Известно, что тебя от всех остальных спортсменов, помимо побед на чемпионатах мира и России, отличают аномальные способности, например, часы на тебе останавливаются. Ты замечал, что отличаешься от остальных, или ты считаешь себя среднестатистическим человеком?

Александр Яшанькин: Ну, наверно, не среднестатистическим. Потому что в 62 года, я думаю, не каждый сможет сделать то, что могу я.

Дмитрий Корнюхин: В физических проявлениях?

Александр Яшанькин: Да, в физических.

Дмитрий Корнюхин: А в бытовых?

Александр Яшанькин: И в бытовых. Уже сколько раз проявлялись мои способности!

Дмитрий Корнюхин: Пример приведешь? Ты умеешь контролировать свой сон?

Александр Яшанькин: Да, сон я умею контролировать, научился.

Дмитрий Корнюхин: Понятно, что это способность, которая развивается. В течение какого времени ты можешь заснуть?

Александр Яшанькин: Ну, в течение нескольких секунд (смеется. - Примеч. автора).

Дмитрий Корнюхин: То есть минута на то, чтобы «выключиться». А просыпаешься ты в определенное время?

Александр Яшанькин: В любое время, когда я хочу, в это время встану. Если просыпаюсь ночью, думаю: «Так, время наверно, столько-то». Гляжу на часы - точно! «Наверно, шесть». Смотрю - шесть. Или: «Наверно, три». Смотрю - три.

Дмитрий Корнюхин: То есть перед сном ты говоришь себе, что можешь проснуться в три часа, и ты встаешь в это время.

Александр Яшанькин: Да.

Дмитрий Корнюхин: И цифры запоминаешь?

Александр Яшанькин: Ну, это случайно. Телефоны я помню, а больше ничего не помню (смеется. -Примеч. автора).

Дмитрий Корнюхин: Если тебе нужно вспомнить чей-то номер, ты его просто вспоминаешь, не смотришь где-то?

Александр Яшанькин: Да. Мои друзья тоже удивляются.

Дмитрий Корнюхин: То есть это спонтанно происходит? ы это не тренируешь?

Александр Яшанькин: Нет, зачем мне тренировать это?

Дмитрий Корнюхин: Вот посмотрел ты на номер телефона из пятнадцати цифр и запомнил в течение нескольких секунд?

Александр Яшанькин: Нет, там было больше. Или ты имеешь в виду, когда с Канар звонили?

Дмитрий Корнюхин: Да. Сколько там было цифр?

Александр Яшанькин: Если с российскими, то где-то около 35, наверное.

Дмитрий Корнюхин: То есть ты 35 цифр запомнил за несколько секунд, один раз посмотрев, и потом пользовался этими цифрами без карточки! И часы на тебе останавливаются.

Александр Яшанькин: Ну...

Дмитрий Корнюхин: А сколько у тебя было в жизни часов?

Александр Яшанькин: Вот командирские часы. Они противоударные, как вот они могут остановиться?

Дмитрий Корнюхин: Сколько ты их носил?

Александр Яшанькин: Поношу их немножко, да и все. Они пошли у меня на три, на три с половиной часа вперед. Поставлю снова правильно -опять то же самое. Или Orient Василий Николаевич Пономарёв подарил в Красноярске. Orient — это японская фирма, но и с ними было то же самое.

Дмитрий Корнюхин: Сколько прошло времени после того, как ты их надел?

Александр Яшанькин: Может, неделя, может, две.

Дмитрий Корнюхин: То есть ты неделю носил часы и они у тебя сломались?

Александр Яшанькин: Да. Бежать начинают.

Дмитрий Корнюхин: С батарейкой часы?

Александр Яшанькин: Эти были с самозаводом.

Дмитрий Корнюхин: Надо у Николая Антоновича попросить, у него есть часы, которые под миллион стоят.

Александр Яшанькин: Может, они не будут убегать.

Дмитрий Корнюхин: Говорят, это отличные часы. Поэкспериментировать надо.

Александр Яшанькин: Но вот с тех пор лет 15-20 я часы не ношу.

Дмитрий Корнюхин: Помнишь, в Димитровграде ты мне дал свой аппликатор, на котором ты спишь, чтобы я полежал и у меня спина не болела. Я на нем пролежал секунд 45.

Александр Яшанькин: И тогда он был пластиковый, а это как пух. А вот сейчас-то металлический!

Дмитрий Корнюхин: Нет, ты мне металлический, по-моему, дал.

Александр Яшанькин: У меня тогда еще не было металлического.

Дмитрий Корнюхин: И ты на нем спишь?

Александр Яшанькин: Да легко!

Дмитрий Корнюхин: То есть ты не чувствуешь боли? Но ведь лежать на нем невозможно.

Александр Яшанькин: Думаю, кожа привыкает.

Дмитрий Корнюхин: То есть ты просто к нему привык и не чувствуешь?

Александр Яшанькин: Наверное.

Дмитрий Корнюхин: В машине у тебя есть приспособление, которое дает сигнал, когда ты не пристегнулся.

Александр Яшанькин: Да я и не слышал.

Дмитрий Корнюхин: Пикает постоянно, ты просто не слышишь.

Александр Яшанькин: Да нет, я просто не обращаю внимания.

Дмитрий Корнюхин: Его же делают специально с таким тоном, чтобы раздражало слух, чтобы терпеть было невозможно.

Александр Яшанькин: Просто надо было звук погромче, наверное, сделать, слишком тихий. Ольга Павловна вон тоже все слышит, что в доме происходит. Где-то сверлят на первом этаже, где-то холодильник работает, где-то уже драться начали.

Дмитрий Корнюхин: Со слухом-то у тебя все в порядке?

Александр Яшанькин: Да нормально вроде, мы с тобой разговариваем, не жалуюсь (смеется. -Примеч. автора).

Дмитрий Корнюхин: А подтягиваешься сколько захочешь раз?

Александр Яшанькин: Сколько хочу. Два дня назад я 15 f раз подтянулся, но что-то ничего не понял. 20 раз подтянулся и сделал 6 подходов по 20 раз.

Дмитрий Корнюхин: Ага. То есть, в принципе, мог бы и больше?

Александр Яшанькин: Мог бы сделать гораздо больше.

Дмитрий Корнюхин: А если бы ты решил сделать 30, ты бы 30 раз подтянулся?

Александр Яшанькин: На спор-то подтянусь, конечно.

Дмитрий Корнюхин: За бутылку, да? (смеется. - Примеч. автора.) Ты говорил, что у тебя никогда не было похмелья. Что, вот прям совсем никогда?

Александр Яшанькин: Похмелье - это когда голова болит?

Дмитрий Корнюхин: Конечно.

Александр Яшанькин: Не болит.

Дмитрий Корнюхин: У меня болит.

Александр Яшанькин: Я же на следующий день иду на тренировку. И все подряд могу пить.

Дмитрий Корнюхин: То есть ты можешь понижать градус?

Александр Яшанькин: Могу.

Дмитрий Корнюхин: И повышать, и понижать одновременно, и смешивать?

Александр Яшанькин: И смешивать, конечно.

Дмитрий Корнюхин: И голова не болит?

Александр Яшанькин: Нет пока. Но в голове там, видимо, болеть нечему.

Дмитрий Корнюхин: А вообще у тебя голова болит?

Александр Яшанькин: Ну, почти что никогда. Иногда, если заболит на затылке, маленько потру, и все меня проходит.

Александр Яшанькин: Проходит у всех, да. Многие обращаются. На тренировке у одного затылок заболел, и он пришел ко мне. Я ему помог. И вчера один с больной шеей пришел, не может ее повернуть. Помог и ему.

Дмитрий Корнюхин: Это как заработок получается, люди же благодарят за то, что ты вправляешь спину?

Александр Яшанькин: Да нет, какой заработок! Мне просто интересно, пройдет ли боль. Я сам ведь мучился когда-то больше 10 лет, у меня смещение было.

Дмитрий Корнюхин: А вот телефон, например, у тебя не ломается. Часы ломаются, а телефон нет.

Александр Яшанькин: Но телефон-то мне какой подарили?

Дмитрий Корнюхин: Который противоударный?

Александр Яшанькин: Противоударный, и то весь такой покоцанный. Просто качество у него такое, резиночки почему-то отлетают. А телефон нормально работает.

Дмитрий Корнюхин: Ага. То есть ты как бы инопланетянин, что ли?

Александр Яшанькин: Некоторые говорят, что да (смеется. -Примеч. автора). Клиенты, например. Но это просто здоровый образ жизни.

Дмитрий Корнюхин: Что значит «здоровый образ жизни», если ты пьешь, смешиваешь разные напитки?

Александр Яшанькин: Это же я просто здоровья ради (смеется. - Примеч. автора). Я же не напиваюсь.

Дмитрий Корнюхин: Помимо того, что ты выдающийся спортсмен и отец, в чем еще ты мог бы служить примером для окружающих?

Александр Яшанькин: Я еще и дед! Семикратный! Думаю, что пример я подаю в залах. Если люди уже в 40 лет считают себя стариками, они на меня посмотрят и чувствуют себя пацанами по сравнению со мной, потому что мне уже 62.

Дмитрий Корнюхин: До твоего приезда в Екатеринбург я говорил всем: «Отстаньте от меня, я уже старый, заниматься не буду». А теперь в твоем присутствии у меня язык не поворачивается сказать, что я старый. У нас 20 с лишним лет разницы, ну какой я старый? Я сопляк.

Александр Яшанькин: Конечно. Видел фотографию, там мне 42 года? Я там пацан вообще, мальчишка.

Дмитрий Корнюхин: Мне кажется, ты там не сильно отличаешься от того, что сейчас.

Александр Яшанькин: Сейчас я поздоровее немножко стал.

Дмитрий Корнюхин: Ну да, покрупнее и «посуше». Насколько я помню, в Димитровграде, когда ты куда-то шел, тебя останавливал каждый прохожий и общался с тобой, да?

Александр Яшанькин: Любой пацаненок, да.

Дмитрий Корнюхин: И ты со всеми разговаривал?

Александр Яшанькин: А как же, со всеми.

Дмитрий Корнюхин: Вот тебя остановили, рассказывают о чем-то из своей жизни, да?

Александр Яшанькин: Спрашивают, как дела.

Дмитрий Корнюхин: Только зануда на вопрос «Как дела?» начинает долго об этом рассказывать.

Александр Яшанькин: Да (смеется. - Примеч автора).

Дмитрий Корнюхин: Так они с тобой по часу разговаривают?

Александр Яшанькин: Не по часу. Но им хочется пообщаться с таким человеком, наверное. Когда я был пацаном, для меня мастер спорта как бог был. Сейчас все привыкли, чемпион мира ходит рядом, и нормально.

Дмитрий Корнюхин: Ага, так. А для своих детей ты пример в чем?

Александр Яшанькин: Я же их не бил никогда, не гонял, не выгонял из дома...

Дмитрий Корнюхин: Нет, ну ты с ними играл?

Александр Яшанькин: Играл, да, с собой брал.

Дмитрий Корнюхин: Я заметил, что отцов, гуляющих с детьми во дворе, нет. Совсем нет. С детьми гуляют в лучшем случае мамы, а вообще няни. Отцов, играющих с детьми в футбол, в хоккей, я не знаю.

Александр Яшанькин: Вот спроси Диму, он скажет: Папа научил меня всему».

Дмитрий Корнюхин: Димка - да, он занимается мальчишками. А почему так делал ты? По примеру своего отца?

Александр Яшанькин: Нет, у меня отец этим не занимался.

Дмитрий Корнюхин: А почему ты решил, что так надо?

Александр Яшанькин: Знаешь, когда мы на рыбалку ходили или сено косить, конечно, там были я, брат и отец, все вместе работали, косили, помогали. А так, чтобы он что-то хорошее делал, нет, такого хорошего он для меня ничего не сделал.

Дмитрий Корнюхин: То есть примера отца у тебя в этом смысле не было?

Александр Яшанькин: Нет.

Дмитрий Корнюхин: Ты сам решил для себя, что тебе надо заниматься с детьми, или так спонтанно получалось?

Александр Яшанькин: Так просто получалось. Я, видимо, такой человек.

Дмитрий Корнюхин: Нужно просто было помочь маме с младшими?

Александр Яшанькин: Да, нужно было просто занять детей. Я брал их с собой, мы на речку ходили...

Дмитрий Корнюхин: То есть рецепт хорошего отцовства заключается в том, чтобы завести много детей?

Александр Яшанькин: Ну как... Можно много завести, а они могут все быть хулиганами. Знаешь такие примеры, семьи бандитские, хулиганские, если за ними не следить. Ты завел детей, ушел на работу, мать на работе, а дети на улице. Чего они на улице? А вот когда родители следят, контролируют, тогда, конечно, это уже совсем другое дело.

Дмитрий Корнюхин: Контроль - это взял ремень, налупил по попе?

Александр Яшанькин: Не то чтобы, почему?

Дмитрий Корнюхин: Мы говорим о том, что ты развлекал детей, занимался с ними, приобщал к спорту, к подвижным играм, да? То есть ты с ними постоянно проводил время именно познавательно.

Александр Яшанькин: Было свободное время, мы всегда ходили на речку, в волейбол играли, в воскресенье - дома.

Дмитрий Корнюхин: То есть у тебя идеология здорового образа жизни и плюс внутри семьи, как бы семейные ценности.

Александр Яшанькин: Видимо, пример был...

Дмитрий Корнюхин: Может быть, ты мормон? Меня Антон дразнит, что я мормон. Мормоны так живут. Ну, уклад внутри семьи, направленный на ограничение большого количества развлечений, надо заниматься целыми днями семьей.

Александр Яшанькин: Дима писал как раз в журнале «ЖЕЛЕЗНЫЙ МИР»: «Мне бы дать своим детям хоть часть того, что мне дал папа. Он научил меня плавать, играть в волейбол, поднимать штангу, тренировать, тренироваться...». Вот он же писал об этом. Дмитрий Корнюхин: А ведь ты очень хорошо плаваешь?

Александр Яшанькин: Да.

Дмитрий Корнюхин: Ты же за рыбой охотился с палкой!

Александр Яшанькин: Это на твоих глазах же было, ты все видел.

Дмитрий Корнюхин: И дети все плавали через речку.

Александр Яшанькин: Они все плавают очень хорошо: Дима, Миша, Саша - все очень хорошо плавают. Я - да, легко. Мы всегда в бассейн ходили, на речку.

Дмитрий Корнюхин: Если бы ты не занимался бодибилдингом, в чем бы ты еще смог самореализоваться?

Александр Яшанькин: Вот этого я даже не знаю. В волейбол я хорошо играл, наверное, в волейболе мог бы тренировать. А так... Нет, есть такое, чему я мог бы еще научить. Штангу я тренировал, ребята у меня там были: и мастера спорта, и чемпионы России, призеры Союза приезжали, но просто с этой штангой как получилось, начали уже калечить ребят. Раньше самой маленькой категорией была юношеская, на чемпионате России младшая - юноши 48 кг, а они ввели категорию 44 кг. У нас, в Ульяновске, сделали 40, потом 36, потом 32, 28, 24 кг. Представляешь, в тяжелой атлетике категория 24 кг? Ребенок выходит, он же не просто там красоту, технику показывает, а идет штангу поднимать, рывок, толчок. Он, бедный, гриф закинул, встать не может, там на него Захаров орет: «Встать!». У него, бедного, аж слезы текут, он встать не может, плачет. Это что за издевательство над детьми? Я говорю: «Да пошли вы со своей тяжелой атлетикой». Ну и завязал с этим делом и начал бодибилдинг развивать. И неплохо все получилось.

Дмитрий Корнюхин: По времени сколько тяжелой атлетикой занимался?

Александр Яшанькин: Мне как зал дали, это было в 1983 году, по 1994-й там была тяжелая атлетика. Дмитрий Корнюхин: То есть сначала там был зал тяжелой атлетики, где ты работал тренером?

Александр Яшанькин: Да.

Дмитрий Корнюхин: Потом ты сделал зал атлетической гимнастики и стал работать тренером по атлетической гимнастике?

Александр Яшанькин: Я тогда, помню, сам полный зал тренажеров наварил.

Дмитрий Корнюхин: Сколько по времени все это у тебя происходило? То есть в 1983-м ты его открыл и по 2013-й?

Александр Яшанькин: По 2012 год. В 2012-м я уехал.

Дмитрий Корнюхин: 30 лет ты работал в одном зале, каждый вечер тренировал людей, занимался сам. За 30 лет у тебя выросли мастера спорта?

Александр Яшанькин: Мастера спорта и по тяжелой атлетике.

Дмитрий Корнюхин: Да, по пауэрлифтингу, бодибилдингу - в целом мастеров спорта сколько?

Александр Яшанькин: Не знаю, человек 10, наверное.

Дмитрий Корнюхин: А международников?

Александр Яшанькин: Я и Дима. А еще женщина стала 5-кратной чемпионкой мира по гребле.

Дмитрий Корнюхин: Донец у тебя там еще подкачивался...

Александр Яшанькин: Донец ходил. Потом Витя Пришивалко стал чемпионом мира, метатель. Он приходил в наш зал, тренировался. Я ему помогал, советовал штангу поднимать.

Дмитрий Корнюхин: То есть пять-шесть международников и с десяток мастеров спорта?

Александр Яшанькин: Да.

Дмитрий Корнюхин: У тебя было пять международников по бодибилдингу в одном зале. И сколько людей прошло через твой зал? Несколько тысяч?

Александр Яшанькин: Да. Сейчас ребята выросли, им по 40-45 лет. Они приходят, говорят: «Сергеич, ты нас воспитал». А я их вообще не воспитывал. Они занимались, видели пример и хотели быть такими же. Сейчас благодарят.

Дмитрий Корнюхин: Выходит, если бы не бодибилдинг, ты мог бы быть воспитателем?

Александр Яшанькин: Может быть.

Дмитрий Корнюхин: Несмотря на то, что стаж твоих тренировок соответствует моему возрасту, ты называешь меня своим тренером. Почему?

Александр Яшанькин: А кого мне называть им? Кто, кроме тебя, мне помогает? Ты мне советуешь, помогаешь, даже свои деньги тратишь на меня, билеты покупаешь. И если мне нужно проконсультироваться, я к тебе прихожу, а не к кому-то. Человек, который помогает, тот и тренер, кто заинтересован в тебе.

Дмитрий Корнюхин: Какие у тебя планы на будущее? Вот ты сел и сказал: «Я хочу быть 10-кратным чемпионом мира»?

Александр Яшанькин: Я не хотел быть. Это люди говорят, что надо еще раз. Вот вначале 7, такое магическое число, тут и 7 чудес света, и семь невест. Потом 8 - знак бесконечности, такой замкнутый круг. А 9 -тоже магическое число. Затем 10. Говорят: «Ну, Сергеич, ты что?». Пришлось Сергеичу десятый раз выигрывать.

Дмитрий Корнюхин: А что бы тебе хотелось? В истории бодибилдинга™ остался кем?

Александр Яшанькин: Да я и так вроде долгожитель. 16 чемпионатов мира.

Дмитрий Корнюхин: Оставаться молодым?

Александр Яшанькин: Запросто.

Дмитрий Корнюхин: Смысл идеологии в чем? Двигаться вперед, потому что тебе это нравится?

Александр Яшанькин: Конечно. Если я перестану двигаться, то просто буду как все и быстро состарюсь, никакого интереса в жизни не будет. Вот Ольга Павловна ругает меня, говорит, сколько можно? А что я буду делать? Рядом сидеть и семечки грызть? Толстеть? Водку пить? Ну а что остается? Работать воспитателем? А так, когда какая-то цель есть, мне интересно ее достичь. Сейчас, может быть, на «Арнольд Классик» соберусь.

Дмитрий Корнюхин: В общем, самое главное - иметь цель?

Александр Яшанькин: Конечно.

Дмитрий Корнюхин: То есть для женщины важна семья, дети. А для мужчины важно двигаться куда-то. Тебе - становиться больше, лучше, «суше». И в движении тебе интересно.

Александр Яшанькин: Да, ну и другие пример берут.

Дмитрий Корнюхин: И тренеры с тебя берут пример. Вокруг тебя образовывается когорта.

Александр Яшанькин: Сейчас ребята хорошие. Один ушел, правда. Ушел, и ладно, найдем другого. Бывает. Человек ищет, где лучше. Но назад мы его уже не возьмем. Сейчас еще приедет парнишка, еще придет кто-нибудь.

Дмитрий Корнюхин: Вот, значит, в планах у тебя сейчас «Арнольд Классик» и дальше двигаться столько, сколько ты сможешь.

Александр Яшанькин: Думаю, да, пока здоровье есть. Посмотрим.

Дмитрий Корнюхин: А вот Кубок Яшанькина, что ты можешь сказать по этому поводу? Идея в твоем представлении как выглядит?

Александр Яшанькин: Всем нравится, в общем-то, кто участвовал, кто там был. Это такой праздник, что все еще раз хотят туда попасть. Праздник очень красивый. Дима, конечно, молодец, но я не знаю, как это все будет дальше. Продолжаться, не продолжаться. Расходы у Димы очень большие, конечно.

Дмитрий Корнюхин: Так что бы тебе хотелось, чтобы из этого получилось?

Александр Яшанькин: Ему Бадюк вообще, по-моему, предложил сделать pro-турнир. Дима за это дело уцепился, что из этого получится, не знаю. А так будет здорово, конечно, международный турнир. Только наши там уже будут поменьше участвовать.

Дмитрий Корнюхин: То есть идея сама тебе нравится так, как она выглядит сейчас? Или ты что-нибудь изменил бы?

Александр Яшанькин: Да нет, что менять-то? И вообще, Дима - организатор, пусть проводит, его Кубок, я, может, и не поеду туда больше. Он же все организовывает.

Дмитрий Корнюхин: То есть тебя надо взять в организаторы?

Александр Яшанькин: Нет, я уже два раза организовывал. Это нужно деньги вкладывать, заниматься организаторскими вопросами.

Дмитрий Корнюхин: Организовывать - это не значит вкладывать, это значит договариваться со всеми, дергать за ниточки и привлекать людей. В Абрау-Дюрсо просят, чтобы Кубок оставался у них, они готовы финансировать.

Александр Яшанькин: Там уже все побережье хотело бы.

Дмитрий Корнюхин: Мне кажется, что гораздо больше. Конечно, это приятно, это уникальная вещь! Она только там и только такая.

Александр Яшанькин: Там же место уникальное?

Дмитрий Корнюхин: Абсолютно.

Читайте также